Обсудить ваш проект

Средства массовой информатизации. Лидеры рынка

31.05.2017
Комментарии Андрея Сыкулева, генерального директора компании «Синимекс», в обзоре «КоммерсантЪ-ИТ» и агентства RAEX. Как показывает очередной ежегодный рэнкинг от агентства RAEX ("Эксперт РА"), эксклюзивно предоставленный для публикации в приложении "Информационные технологии", ведущие российские ИТ-компании за последний год нарастили обороты. Среди факторов роста — отложенный спрос на внедрение ИТ и растущий интерес заказчика к современным цифровым технологиям.

На фоне предыдущих лет результаты нынешнего, 15-го по счету списка крупнейших российских ИТ-групп и компаний, подготовленного агентством RAEX ("Эксперт РА"), выглядят сравнительно оптимистично. Суммарная выручка компаний--участниц рэнкинга по итогам 2016 года увеличилась на 11% и составила 562,7 млрд руб. Конечно, это номинальные показатели — с поправкой на инфляцию (5,4% по Росстату) итоги года для отрасли выглядят несколько скромнее. Тем не менее вывод о переломе тенденции делать уже можно: рост рынка очевиден. Ведь в двух прошлых рейтингах восьмипроцентный рост выручки его участников не покрывал инфляции (12,9% в 2015 году и 11,4% — в 2014-м), то есть в реальности речь шла о сокращении объемов доходов ИТ-компаний.

Двигатели спроса

Как и всегда во время стагнации, компании стремятся повысить эффективность инвестиций и избавиться от всего, от чего только можно избавиться, и здесь более подходящий инструмент, чем ИТ, найти трудно. "В период стагнации, в который вошла наша экономика, основной задачей для ее субъектов является повышение эффективности, способность решать задачи развития имеющимися средствами и получать максимальный эффект при минимуме затрат. Оптимизация бизнес-процессов — это одна из первоочередных задач, и мы стараемся помогать нашим клиентам в ее решении, предлагая для этого апробированные технологии, методики и продукты",— говорит Степан Томлянович, генеральный директор компании "ФОРС — Центр разработки" (ГК ФОРС).

"Происходит оживление спроса на ИТ. Во-первых, за счет постепенной адаптации рынка к новым политическим и экономическим условиям. Во-вторых, благодаря отложенному за последние три-четыре года спросу, который сейчас начал постепенно реализовываться. Технологии уже давно лежат в основе деятельности большинства бизнес- или государственных структур, и решение многих задач невозможно оттягивать до бесконечности. Еще один важный позитивный экономический фактор — более или менее устоявшийся курс рубля, оказавший влияние на общую стабилизацию ситуации в ИТ-индустрии",— считает Светлана Баланова, генеральный директор IBS.

Другим значимым фактором, который, по мнению всех опрошенных участников рэнкинга влияет и на спрос на ИТ, и на развитие продуктов и решений ИТ-компаний, является постоянное совершенствование цифровых технологий и расширение областей их использования.

"Такие технологии, как интернет вещей, большие данные, дополненная реальность, создают принципиально новые возможности для построения эффективных бизнес-моделей. Одно из популярных направлений — монетизация данных, когда они превращаются в ценный актив для бизнеса. Компаниям, стремящимся превратить свои данные в актив, для начала необходимо определить, какой информацией они владеют, оценить степень влияния этих данных на бизнес, найти новые способы их использования, которые совпали бы с рыночной потребностью и позволили создать новый продукт или услугу",— поясняет Степан Томлянович.

Андрей Сыкулев, генеральный директор компании "Синимекс", добавляет: "На мой взгляд, оживление на ИТ-рынке обусловлено стремительным проникновением во все сферы бизнеса и общественной жизни новых цифровых технологий. Таких как построение систем распределенных реестров, технологий Big data, машинного обучения, биометрии. Например, наша компания активно участвует в процессах разработки, тестирования и внедрения программных продуктов с применением этих прорывных технологий и выстраивает собственные центры компетенций на базе московского и регионального воронежского производственного департамента. По итогам прошедшего года мы наблюдаем хорошие показатели: наш совокупный оборот увеличился, а к числу давних партнеров и заказчиков из финансового сектора присоединились новые крупные клиенты из других отраслевых сфер деятельности — нефтегазовые и торгово-промышленные компании, ведущие операторы рынка страхования".

По словам Алексея Данильянца, генерального директора Stack Group, цифровая трансформация бизнеса продолжает набирать обороты. "Несколько лет назад уже многие российские компании переносили свою ИТ-инфраструктуру в облако, а сегодня бизнес начинает переносить бизнес-критичные приложения в виртуализированную среду. Это связано прежде всего с принятием участниками бизнес-сообщества роли ИТ-трансформации как основной движущей силы развития практически всех современных рынков",— констатирует он.



Повальная оцифровка бизнеса неизбежно влияет практически на все сферы деятельности ИТ-компаний. Рассказывает Тагир Яппаров, председатель совета директоров ГК "АйТи": "В нашем бизнесе есть целый ряд быстрорастущих направлений, связанных с цифровой трансформацией бизнеса: системы сквозной автоматизации цифровых бизнес-процессов, решения для управления цифровым контентом, роботизированные системы автоматизации процессов, мобильные решения, аналитика структурированной и неструктурированной информации. Например, наши решения и услуги в области управления цифровым контентом в прошлом году увеличились на треть, а направления, связанные с процессной автоматизацией, удвоились. Более быстрыми темпами (хоть и с низкой базы) растут текстовая аналитика на основе технологий машинного обучения, мобильные решения. Внедрение систем поддержки цифровых процессов порождает и новые виды услуг. Например, переход с бумажных документов на цифру требует перевода накопленных предприятием архивов различных видов документации в цифровой вид. В этой связи в прошлом году мы создали специальное подразделение, которое предоставляет сервис оцифровки документов и ретроконверсии (оцифровки архивов)".

К слову, одним из масштабных проектов, который можно отнести к проявлению все четче обозначающейся цифровой технологизации, является проект создания Единой автоматизированной системы отделений почтовой связи (ЕАС ОПС). Согласно данным "Почты России", система разработана по принципу "одного окна" и заменяет более 15 разных программных продуктов, использовавшихся ранее. Установка в отделениях по всей стране единого ПО станет новым этапом масштабной ИТ-модернизации почтовой сети, 42 тыс. отделений по всей стране будут связаны в единую информационную систему.

Витая в облаках

Об оживлении рынка наглядно свидетельствуют показатели рэнкинга. Увеличение выручки в 2016 году наблюдается почти по всем основным направлениям ИТ-деятельности. Продолжили рост доходы участников рэнкинга в секторе ИТ-услуг (консультации, интеграция, поддержка и сервис, обучение) — прирост за год 12%. Это по-прежнему наиболее емкий сектор, на долю которого приходится половина всей выручки участников рэнкинга, или 213,5 млрд руб. в 2016 году. С каждым годом представить себе работу субъектов экономики без использования ими ИТ-составляющей все труднее — эта потребность обеспечивает ИТ-компаниям объемы работ по автоматизации различных процессов и ее технической поддержке, переводу функций и оборудования на аутсорсинг, профессиональному образованию и так далее.

Другая причина роста сегмента ИТ-услуг — стремление интенсивно развивающихся компаний к оптимизации своей деятельности и ресурсов. "Такие компании нуждаются в профессиональных консультациях по повышению производительности информационных систем при сохранении тех же вычислительных мощностей. Поэтому растет востребованность услуг по аудиту ИТ-инфраструктуры, изменению конфигурации и настройке действующих систем. Зачастую требуются масштабирование, переход на новые версии базового ПО или миграция на другую программно-аппаратную платформу, например с открытым программным кодом",— говорит Степан Томлянович. По его словам, одно из самых перспективных направлений для обеспечения интенсивного развития бизнеса заказчика — облачные решения.

Львиная доля выручки участников рэнкинга, полученная в 2016 году от ИТ-услуг, приходится на сегмент поддержки, сервиса и аутсорсинга (83,8 млрд руб.) — прирост за год 18%. "На протяжении последних трех лет в топе сохраняют свои позиции облачные услуги, услуги сервиса и ИТ-аутсорсинга. Востребованность последних объясняется постоянным ростом ИТ-инфраструктуры и увеличением количества оборудования, которое нужно обслуживать. Здесь актуальны два фактора — использование последних технологий, для обслуживания которых у ИТ-службы заказчика не всегда имеется должная квалификация (да и не нужна она как непрофильная), и отсутствие достаточного ИТ-штата в регионах",— поясняет Сергей Сульгин, президент группы Maykor.

Срабатывают и традиционные для аутсорсинга факторы — вывод второстепенных процессов и экономия на издержках для повышения эффективности и конкурентоспособности. "Стратегии клиентов направлены на оптимизацию дотационных направлений деятельности и снижение эксплуатационных затрат. Поэтому востребованы услуги комплексной поддержки отраслевого оборудования и ИТ-инфраструктуры, ведь за счет масштаба можно существенно (до 15%) снизить стоимость услуги. Клиенты с широкой географией присутствия искали пути повышения эффективности работы в регионах за счет внедрения новых технологий, например необлачной системы защищенной удаленной поддержки пользователей вне корпоративной сети. Можно выделить и новые форматы предоставления услуг, такие как gainsharing, когда доход поставщика услуги напрямую зависит от дохода клиента. Кроме того, заказчики стали отдавать собственный персонал под управление аутсорсинг-провайдера",— рассказывает Сергей Сульгин.

На услуги интеграции в общей выручке участников рейтинга приходится 80,5 млрд руб. (на 2% больше, чем в прошлом году), а консалтинг принес участникам рэнкинга 49,2 млрд руб. (прирост за год 22%). 

"Для крупных компаний по-прежнему актуальны комплексные программы бизнес-трансформации с внедрением ERP. Но если одни еще работают над "целинными" проектами построения и тиражирования единого бизнес-решения для фундаментальных бизнес-процессов, то другие уже вышли на этап погружения в интегрированное планирование, "оцифровывания" части процессов, применения новых информационных платформ, инновационных технологий. Мы продвигаемся вместе с каждым своим клиентом по пути изменений и перехода к моделям цифровых компаний",— говорит Богдан Коцовский, генеральный директор "БДО Юникон Бизнес Солюшнс".

Среди факторов роста этих секторов лидеры рэнкинга выделяют работы в сфере информационной безопасности. "Здесь лидируют проекты для промышленных предприятий, финансовых организаций и государственных структур. В качестве примеров из практики "Техносерва" можно назвать внедрение системы противодействия мошенничеству для ВТБ 24, где очень значительна часть консалтинга, аудит информационной безопасности МРСК Юга, а также научно-исследовательскую работу по развитию методического обеспечения управления информационной безопасностью для ДИТ Москвы",— рассказывает Сергей Корнеев, президент ГК "Техносерв".

Заработки на обеспечении информбезопасности останутся важной статьей доходов ИТ-компаний и в дальнейшем. Светлана Баланова из IBS отмечает: "Последний пример — массированная атака вируса-вымогателя Wanna Cry, затронувшая среди прочего компьютеры российских силовых ведомств и телекоммуникационных компаний. Настолько масштабные киберугрозы переключают фокус внимания каждой организации с гипотетических "глобальных угроз цифровой эпохи" на совершенно конкретные аспекты обеспечения информационной безопасности своей деятельности. Это усиливает спрос на весь спектр ИТ-услуг".

На 13% за 2016 год выросли доходы участников рейтинга от разработки программного обеспечения (ПО). Суммарный объем реализации — более 41,6 млрд руб. (24,8 млрд руб.— готовое ПО, 16,85 млрд руб.— проектное ПО, прирост — 5,3% и 23,8% соответственно). Драйвером роста в этом секторе выступала и продвигаемая государством программа импортозамещения. Впрочем, при импортозамещении в ИТ-сфере еще долго будет сохраняться ряд объективных трудностей. 

Владимир Львов, член совета директоров и директор по стратегическому развитию компании "Ай-Теко", отмечает: "Далеко не во всех сегментах ИТ-рынка имеются готовые и достойные аналоги западных софтверных продуктов, поэтому говорить о полноценном замещении импорта пока преждевременно. Однако имея пример наших собственных облачных разработок, мы с оптимизмом оцениваем спрос на отечественный софт: высокозащищенная платформа виртуализации РУСТЭК, соответствующая требованиям государственных организаций к безопасности информационных систем, успешно используется в "Ростехе" в рамках масштабного проекта "Услуга 360", начат похожий пилотный проект в РЖД. Мы убеждены и убедили клиентов в том, что российское программное обеспечение может стать достойным замещением, надеемся на существенный рост и реализацию отложенного спроса в этом направлении. Среди позитивных факторов — создание Реестра российского ПО (его активное наполнение началось именно в 2016 году), формирование экспертного совета для ведения реестра и введение понятия "отечественный софт" на законодательном уровне. В реестр вошло уже пять собственных разработок нашей компании".

На другое препятствие импортозамещению в ИТ-отрасли указывает Александр Калинин, президент НКК: "Несмотря на сверхпопулярность этой темы, российские регуляторы до сих пор не могут определиться с тем, какую продукцию можно считать отечественной, а какую — нет. Реестр российского ПО сделали, а вопрос с "железом" решается медленно, и это усложняет работу всех отечественных производителей. Например, наш завод "Аквариус" в г. Шуя Ивановской области работает уже 27 лет. Все это время мы выпускаем компьютеры, как и весь мир, из комплектующих родом из Юго-Восточной Азии. Мы разрабатываем доверенную среду для ПК, делаем их безопасными, и мы продолжаем развиваться не благодаря, а вопреки. Спрос на наши решения есть, и он растет. Но теперь и мы перестали понимать, являемся ли мы отечественными производителями".

Однако несмотря на объективные и субъективные трудности, стимулирование развития отрасли со стороны государства дает плоды. "С начала 2016 года для российского софта при госзакупках действуют преференции. Такие же преференции с середины 2016 года ввели и многие госкорпорации. Конечно, крупные заказчики с осторожностью относятся к немедленной замене работающих систем на основе западных продуктов, однако вполне готовы использовать российский софт в системах, вновь создаваемых. В прошлом году крупный бизнес скорее присматривался к возможностям российского софта, но сейчас, например, мы реализуем много реальных и интересных проектов на основе наших собственных разработок: на данный момент в реестре отечественного ПО более 20 продуктов нашей группы",— рассказывает Тагир Яппаров.

Участники рынка считают, что долговременным драйвером для отрасли выступает и будет выступать долгое время стремительное развитие электронного документооборота (ЭДО). Объем ЭДО и число пользователей его систем растут из года в год, появляются новые законодательные инициативы в этой области (из последних — порядок обмена электронными счетами-фактурами и требования к операторам ЭДО по обеспечению роуминга).

По данным компании "СКБ Контур", за 2016 год через систему "Контур.Диадок" прошло в два раза больше электронных документов, чем в 2015 году. За 2016 год через системы "СКБ Контур" передано 290 млн электронных сообщений — юридически значимых документов (не считая отчетности в контролирующие органы) и EDI-сообщений. Удвоилось по сравнению с 2015 годом и число отправителей электронных документов.

В компании отмечают, что развитию рынка в 2016 году способствовали утверждение электронного формата универсального передаточного документа (УДП) и новые требования к доверенным операторам ЭДО. "Появление формата УПД позволяет перейти на электронный документооборот компаниям, которые используют универсальный передаточный документ на бумаге. Также стартовали с проектами ЭДО организации, которые ждали этого формата, потому что не хотели внедрять старые, а потом перестраиваться на новый",— говорит Дмитрий Мраморов, генеральный директор "СКБ Контур".

Как и прежде, спрос на ИТ-услуги и ПО обуславливает положительную динамику развития и при поставках оборудования и ПО в рамках интеграционных проектов: суммарная выручка в секторе — 97,2 млрд руб. (73,5 млрд руб.— доходы от поставок оборудования и 23,7 млрд руб. от поставок ПО). Годовые темпы роста выручки в сегменте — 3%. Что касается дистрибуции, то за последний год объем реализации в этом направлении составил 51,4 млрд руб. и снизился на 2%. Прогнозы по этим направлениям рынка на ближайшее время не оптимистичные. "Для решения задач бизнеса существующих решений пока вполне достаточно. Поэтому активной замены ПО и парка оборудования не предвидится. Впрочем, растет потребность в мощностях для хранения и обработки данных",— говорит Александр Калинин.

Услуги в области информационных технологий:

Рэнкинг крупнейших групп и компаний в области информационных и коммуникационных технологий по итогам 2016 года.

Источник: RAEX ("Эксперт РА") по данным участников рэнкинга. Полная версия таблицы и методика составления рэнкинга размещены на сайте www.raexpert.ru.

Вартан Ханферян

Источник: КоммерсантЪ-Информационные технологии

В начале стала цифра

06.04.2017
Интервью Андрея Сыкулева, генерального директора компании «Синимекс», в обзоре журнала IT Manager «В начале стала цифра».
Цифровая трансформация, основанная на использовании прогрессивных достижений в области IT, постепенно становится центральной темой для всех индустрий, вытесняя прочие насущные вопросы эволюции бизнеса, а ее захватывающие дух перспективы не дают покоя фантазии менеджеров и бизнесменов. Однако чем больший ажиотаж нагнетается вокруг этого тренда, тем менее понятно становится, что же конкретно имеет ввиду каждый из энтузиастов неизбежного цифрового будущего.

Фаза Digital

Все чаще с трибун различных деловых площадок и страниц авторитетных СМИ доносится тезис о том, что так называемая цифровая трансформация не просто тренд, а важнейшее условие благополучного и эффективного развития бизнеса, позволяющее предприятиям адаптивно подстраиваться под окружающую действительность и чувствовать себя уверенно даже в условиях жесточайшей конкуренции. Так ли происходит на самом деле и какой именно смысл вкладывается в это понятие?

img

Андрей Сыкулев, генеральный директор компании «Синимекс»:

«Не забывайте, что движущей силой цифровой трансформации является бизнес-стратегия, а не технологии».

«В современной литературе термин «цифровая трансформация» трактуется как «фундаментальные изменения в существующих цепочках создания и перераспределения ценностей, происходящие во всех отраслях экономики, включая госсектор, и описываемые с применением таких категорий, как «мобильные приложения», «большие данные», «межмашинное взаимодействие» и «Интернет вещей». Именно это и происходит, прямо на наших глазах», — констатирует генеральный директор компании «Синимекс» Андрей Сыкулев. По его словам, из вспомогательной службы ИТ превратились в элемент бизнеса: органическую, неотъемлемую часть цепочки создания ценности. Причем бизнес все чаще смотрит на ИТ-специалистов как на партнеров, от которых ждут бизнес-ориентированных предложений по новым продуктам, по улучшению бизнес-процессов, повышению эффективности и снижению расходов.

Андрей Долудь, начальник управления ИТ АО «Корпорация А.Н.Д.»:

«Наиболее продвинутые представители бизнеса не только готовы, но уже и реализуют цифровую трансформацию». 

По мнению Татьяны Бочарниковой, главы представительства компании NetApp в России и СНГ, больше 60% ИТ-директоров по всему миру видят цифровую трансформацию бизнеса своей главной задачей. В рамках этого преображения ИТ-служба становится двигателем инноваций: она помогает бизнесу работать быстрее и эффективнее, сокращать затраты и оптимизировать бизнес-процессы.

«Цифровая трансформация — процесс, в рамках которого традиционные подходы оптимизируются и автоматизируются с помощью технологических решений. В основе такого процесса лежит накопление информации и внедрение алгоритмов, работающих с сырыми данными, выявляющие скрытые зависимости, строящие прогнозы и рекомендации, которые ускоряют процесс принятия решений и позволяют обнаружить новые направления развития компаний, создавая тем самым конкурентное преимущество», — поясняет Павел Адылин, исполнительный директор компании Artezio (ГК «Ланит»).

Руководитель центра экспертизы по управлению изменениями Корпоративного Университета «Самрук-Казына» (Казахстан) Павел Потев считает, что картину мира меняют и растущие вычислительные мощности, и «Интернет вещей», и носимые устройства. «Просто сейчас начался переход количества в качество. Можно назвать это цифровой трансформацией, и мы находимся в начале глубинных изменений», — отмечает Павел Потеев.

Денис Сереченко, директор по развитию бизнеса подразделенияHuawei Enterprise Business Group:

«С менеджментом компании нужно говорить на бизнес-языке и показывать потенциальную прибыль от перехода к цифровой экономике, а не просто ИТ-метрики».

Представители ИТ-индустрии сходятся во мнении, что цифровая трансформация неизбежна и бизнес уже идет по этому пути. По оценке Ольги Горчинской, к. т. н., директора по исследовательским проектам и руководителя направления Big Data ГК «ФОРС», цифровые данные из побочного продукта автоматизации стремительно превращаются в жизненно необходимый элемент самого бизнеса. Причем это способствует не только и не столько совершенствованию внутренних бизнес-процессов: многие компании уже используют цифровые технологии для реализации новых моделей взаимодействия с клиентами и расширения границ бизнеса.

«Классическим примером цифровой трансформации является Uber, чей выход на рынок услуг такси полностью изменил его ландшафт. Сервис «Яндекс.Такси» также произвел своего рода революцию: целый ряд перевозчиков закрылись, не выдержав конкуренции, другие были вынуждены меняться — у многих операторов такси появились собственные мобильные приложения, СМС-информирование клиентов, навигаторы и терминалы оплаты карточками в салонах автомобиблей», — комментирует Cергей Осипов, вице-президент компании MAYKOR-GMCS. Он подчеркивает, что сейчас цифровая трансформация рассматривается большинством ИТ-компаний как клиентская потребность, но «оцифроваться» необходимо и самим ИТ-компаниям. Например, «уберизация» отрасли аутсорсинга позволит вывести отношения с клиентами, сотрудниками, партнерами и даже конкурентами на новый цифровой уровень. В свою очередь бизнес надеется получить от ИТ-компаний «лучшие практики» в области цифровой трансформации.

«От ИТ бизнес ждет роста производительности решений, а также дополнительные инструменты для структурирования данных и разработку новых вариантов их сбора», — дополняет Мирослав Шестернин, менеджер по продуктам Orange Business Services в России и СНГ.

Андрей Педоренко, CIO компании «Альфастрахование»:

«Развитие бизнеса, особенно финансовой сферы, активно стремится в «цифру», и этот процесс будет только ускоряться и углубляться».

Впрочем, на изменения, происходящие под влиянием развития ИТ, можно взглянуть и под иным углом. «Цифровая трансформация и цифровые данные для меня не корректные словоформы. Я бы сказал, что на нас наступает объективный процесс глобализации и информационных потоков. Попытка транснациональных компаний перехватить управление этим процессом, канализировать усилия человечества к самопознанию и перенаправить их в виртуальную среду, приводит к тому, что называют «цифровой трансформацией». Что в связи с этим будет происходить с бизнесом? Глобально — ничего хорошего», — подливает дегтя Виктор Алексеев, генеральный директор ООО «Аэропоиск». По его мнению, данный тренд не что иное, как очередной заход на перераспределение ресурсов в пользу крупных компаний.

Данные как актив

Важный вопрос, которым задаются все участники процесса цифровой трансформации, — может ли информация в оцифрованном виде стать активом для бизнеса? Мирослав Шестернин (Orange Business Services) констатирует, что объемы и разнообразие данных растет огромными темпами и компаниям приходится тратить все больше сил, времени и денег на их хранение. При этом хранятся они зачастую в качестве пресловутого мертвого груза, то есть никак не монетизируются.

Павел Адылин, исполнительный директор компании Artezio (ГК «Ланит»):

«Цифровые данные помогают увеличить прибыль компании, потому что дают возможность объективно оценивать ситуацию на рынке и поведение пользователей, а кроме того, могут продаваться и обмениваться на полезные для организации услуги».

По мнению Ольги Горчинской, для того чтобы данные стали цифровым активом, должны быть найдены новые способы их использования, которые совпали бы с рыночной потребностью и позволили создать новый продукт или услугу. В качестве примера успешной реализации такого подхода Ольга Горчинская приводит опыт «Яндекса» и других интернет-компаний, уже применяющих цифровые данные и технологии для предоставления многочисленных сервисов в области финансов, здравоохранения и транспорта. Другой пример — агрегаторы интернет-коммерции, существенно упрощающие пользователю поиск и выбор.

Андрей Сыкулев («Синимекс») считает, что у компаний есть три способа «заработать» на данных: повысить качество принимаемых решений благодаря анализу накопленных сведений, обогатить продукты и услуги полезной для клиента информацией или непосредственно продавать ее и результаты обработки другим компаниям.

Ольга Горчинская, к. т. н., директор по исследовательским проектам и руководител направления Big Data ГК «ФОРС»:

«В основе большинства проектов по цифровой трансформации лежат не столько ИТ-решения, сколько перспективные бизнес-идеи, но их появление и осуществление невозможно без новых технологий».

«Безусловно, в эпоху цифровой экономики информация становится одним из ключевых товаров и в этом смысле данные превращаются в ценный актив для бизнеса. Причем модели монетизации данных могут быть самыми разными — таргетированная реклама, точные прогнозы поведения рынка с последующей оптимизацией бизнеса, построение точных профилей потребителя и так далее», — говорит Денис Сереченко, директор по развитию бизнеса подразделения Huawei Enterprise Business Group.

По мнению Андрея Педоренко, CIO компании «Альфастрахование», к активам для бизнеса следует отнести такие данные, как профилирование клиента и его потребности, отталкиваясь от которых можно предложить ему наиболее актуальные и эффективные продукты. К тому же автоматизированные системы для работы с данными становятся главным инструментом в обострившейся борьбе с мошенничеством.

«Монетизация появляется тогда, когда создаваемые данные меняют бизнес-процессы и заменяют ранее действовавшие элементы рынка. Советская торговля исчезла полностью не только из-за изменения строя, а в первую очередь из-за изменения технологий в условиях нового строя. Сам я пришел в ретейл в 1995-м и отлично помню свою фразу в первом в моей жизни интервью: «Я не понимаю, как можно работать в торговле без современных цифровых технологий. Без ИС в торговле вообще ничего никогда нельзя посчитать и ничего никогда не сойдется», — рассказывает Андрей Долудь, начальник управления ИТ АО «Корпорация А.Н.Д.».

Начало начал

С чего же должна начинаться цифровая трансформация и превращение данных в актив? Директор по ИТ ГК «ЛУДИНГ» Николай Гегамов убежден, что начинать необходимо с понимания, зачем компании это нужно, как и в чем пригодится и какие преимущества обеспечит. Кроме того, необходимо еще «на этом берегу» определиться, во сколько обойдется сбор и хранение данных. Далее, по словам Дениса Сереченко (Huawei Enterprise Business Group) можно приступать к сбору и структурированной обработки информации. Затем детально углубляться в предметные области и просчитывать модели монетизации. Только после этого нужно говорить о данных как об активах для бизнеса.

Николай Гегамов, директор по ИТ ГК «ЛУДИНГ»:

«В будущем Цифра с большой буквы станет единым и универсальным способом представления любой информации, своеобразным эсперанто».

«Важно в самом начале изучить до малейших мелочей все типы данных, которые вы можете использовать для анализа. Это важно, чтобы понимать, где есть узкие места, которые необходимо прорабатывать. Далее создается математический алгоритм, позволяющий их отслеживать и прогнозировать изменения показателей. Немалую роль играет и удобство пользовательского интерфейса, куда выводится вся информация — чем он нагляднее, тем быстрее принимаются решения, ведь ради них и внедряются подобные технологии», — уточняет Мирослав Шестернин (Orange Business Services).

Детали и нюансы этих процессов во многом зависят от отрасли или региона, в котором работает компания. В ретейле, например, основным активом являются данные о клиентах, а для производственных компаний — сведения, поступающие от оборудования. По мнению Сергея Осипова (MAYKOR-GMCS), наиболее распространенная модель цифровой трансформации выделяет три составляющие: трансформацию клиентского опыта, преобразование операционных процессов компании и преобразование бизнес-модели. «Компаниям, стремящимся превратить свои данные в актив, для начала необходимо определить, какой информацией она владеет, оценить степень влияния этих данных на бизнес, изучить методики оценки и спланировать активности, направленные на их улучшение и применимость», — подчеркивает Сергей Осипов.

Татьяна Бочарникова, глава представительства компании NetApp в России и СНГ:

«Данные — это валюта цифровой экономики, а их качественная аналитика уже является ключом к успеху в многих сферах бизнеса».

Ольга Горчинская («ФОРС») отмечает, что цифровая трансформация находится на стыке бизнеса и информационных технологий, поэтому хотя инициатива по ее реализации и должна возглавляться руководителями компании, но с самого начала требует участия ИТ. «Важно понимать, что цифровая трансформация, затрагивающая все аспекты деятельности компании, должна проводиться постепенно и не может останавливать существующий бизнес. В связи с этим начинать следует с небольших проектов, связанных с отдельным направлением или подразделением. Одно из наиболее популярных направлений — клиентский опыт, то есть совершенствование и преобразование способов взаимодействия с клиентами. В этой области накоплено много материала, известны методики и технологии, и руководители должны применить все это к своей организации», — поясняет Ольга Горчинская. По ее словам, одна из первоочередных задач, которая возникает практически в любом проекте по цифровой трансформации, связана с формированием источников данных. Она не сводится к чисто технологическому сбору и согласованию, а требует глубоко анализа и исследования информации. Резюмируя, Павел Потев подчеркивает, что для успешного превращения данных в актив ИТ-компонента должна стать частью бизнес-стратегии предприятия.

Цена информации

Несмотря на очевидную полезность цифровых данных, рассчитать их конкретную ценность бывает весьма не просто. По мнению Андрея Долудя («Корпорация А.Н.Д.»), оценивать необходимо не сами данные, а потенциально приносимую ими прибыль за вычетом расходов на построение цифровой инфраструктуры, а также с учетом экономии от прекращения старых бизнес-процессов или моделей ведения бизнеса. Следовательно, арифметически точно определить такую ценность маловероятно и она в любом случае будет оценочной. «Данные сами по себе пассивны — это банк информации. Они ценны только через призму их применения», — убежден Николай Гегамов («ЛУДИНГ»).

Cергей Осипов, вице-президент компании MAYKOR-GMCS:

«Проект в области цифровой трансформации лучше всего планировать с большим количеством измеримых результатов в определенные моменты».

Однако, по мнению Павла Адылина (Artezio), если задачу определения ценности данных ставит бизнес и у него есть четкое понимание того, на какие показатели нужно ориентироваться, можно разработать прозрачную систему KPI для оценки внедрения технологий работы с цифровой информацией. Павел Адылин выделяет несколько моделей финансового и нефинансового способа расчета ценности данных как актива. К нефинансовым способам относится:

Расчет действительной стоимости информации. Эта модель позволяет оценить качество данных с помощью таких характеристик, как точность, доступность и полнота. Здесь каждая из характеристика ранжируется, после чего подводится общий итог. Расчет бизнес-ценности информации. С помощью этого способа измеряются характеристики данных в зависимости от связи с одним или более бизнес-процессами компании. Оцениваются и такие показатели, как точность, полнота и своевременность информации. Расчет производственной ценности информации. Методология основана на измерении влияния данных на один или более KPI. Например, если у одного из департаментов компании есть доступ к какой-то важной информации, насколько быстрее он сможет достичь своих целей, чем если бы этих данных у него не было.

Среди финансовых методов оценки Павел Адылин выделяет несколько подходов:

Расчет затрат на информацию. С помощью этой модели рассчитывается стоимость замены или приобретения информации. Конкретное значение высчитывается путем измерения потерянного дохода и того, сколько будет стоить приобретение новой информации. Расчет экономической стоимости информации. Способ позволяет измерить, какой вклад цифровые активы вносят в общую прибыль организации. Он схож с методом расчета по KPI, но здесь за основу берется именно прибыль компании. Расчет рыночной стоимости информации. Данная методология рассчитывает прибыль, которая может быть получена компанией при продаже, сдаче в аренду или бартере корпоративной информации.

Готовность номер один

ИТ-эксперты оценивают степень готовности отечественного бизнеса к инновационным преобразованиям весьма по-разному. Так, по словам Сергея Осипова (MAYKOR-GMCS), среди российских компаний есть немногочисленные апологеты цифровой трансформации, в то время как остальной бизнес пока что только присматривается к этой теме. Одним из препятствий на пути ее успешной реализации, по мнению Сергея Осипова, является недостаток квалифицированных кадров в данной области.

Павел Потеев, руководитель центра экспертизы по управлению изменениями Корпоративного Университета «Самрук-Казына» (Казахстан):

«Если ИТ-директор стоит перед необходимостью доносить до топ-менеджмента, что расходы на цифровую трансформацию —это не затраты, а инвестиции, то, возможно, следует поискать для себя другой топ-менеджмент».

«Есть очень большое желание и готовность вкладывать в цифровую трансформацию средства. Желание растет, но еще мало специалистов с соответствующей отраслевой экспертизой, способных решать подобные задачи», — соглашается Андрей Педоренко («Альфастрахование»).

Тем не менее, по мнению Татьяны Бочарниковой (NetApp), в российской экономике достаточно успешных примеров цифровой трансформации. В частности, банк «Тинькофф» первым отказался от физических отделений и с некоторых пор обслуживает своих клиентов через Интернет. Указанная схема работы требует создания надежной ИТ-инфраструктуры, которая обеспечивает высочайший уровень отказоустойчивости и производительности. При этом доступ к данным не должен прерываться ни во время аварий, ни во время плановых работ с оборудованием.

Мирослав Шестернин, менеджер по продуктам компании OrangeBusiness Services в России и СНГ:

«Когда вы видите всю ситуацию целиком и у вас есть единый источник для принятия решений, демонстрирующий вам все результаты, все риски и прогнозы по данным, которые получает или использует ваша компания, тогда принятые вами бизнес-решения будут более взвешенными, ориентированными на рынок и имеющими хороший шанс на успех».

«Организации переезжают в «цифру» с разной скоростью. Мой прогноз того, что банк станет ИТ-комплексом, сбылся. Следом будут подтягиваться инвесткомпании. В это же самое время по рельсам ездят поезда, сделанные еще в восьмидесятых годах прошлого века (а в ряде стран и того раньше), по небу летают военные самолеты, собранные полсотни лет назад. Структуры, их обслуживающие, меняются несколько медленнее модельного ряда айфона, это нормально», — считает Павел Потеев (Корпоративный Университет «Самрук-Казына»).

Мирослав Шестернин (Orange Business Services) констатирует, что отечественный бизнес не просто готов к цифровой трансформации, а уже уверенно пользуется ее плодами, причем в разных сегментах. «Нет ни одной крупной развивающейся компании, которая не вносила в свою стратегию развития пункты об оптимизации процессов, изучении клиентского опыта, монетизации данных. Некоторые из них уже делают это с помощью решений Big Data, часть занимаются их разработкой и внедрением, а остальные же знают, что это нужно делать, но пока не знают как и с кем», — поясняет Мирослав Шестернин.

Алексей Комов

Источник: IT Manager

Ъ-«Воскрешение надежд/прогноз»

30.03.2017
Комментарии Андрея Сыкулева, Генерального директора компании «Синимекс» в обзоре «Коммерсант - Информационные технологии».

На ИТ-рынке наблюдается осторожный оптимизм: игроки рассказывают об относительно неплохих результатах 2016 года и надеются на небольшой рост в 2017 году. Отдельные сегменты будут расти сильнее других — на 10-20%.

В 2015 году ИТ-рынок испытал коллапс: по подсчетам IDC, его объем уменьшился в долларовом выражении на катастрофические 40%. Сказались падение курса рубля, случившееся в конце 2014 года, и общая экономическая нестабильность, ставшая следствием политических событий. Представители ИТ-компаний опасались, что дно все еще впереди, и не очень надеялись на рост. Аналитики IDC говорили, что рынок в 2016 году сократится еще. Причем сначала прогнозировали незначительное падение, а в первом квартале прошлого года ухудшили прогноз, предсказав сокращение на 13%.

"В конце 2015 года мы предполагали, что объем рынка в 2016 году сократится незначительно, а в 2017-м начнется его восстановление. Теперь, исходя из обновленных прогнозов наших аналитиков, мы ожидаем, что восстановление начнется позже и будет менее заметным",— сказал тогда изданию CNews Роберт Фариш, вице-президент IDC в России и СНГ. Свежий прогноз и итоги прошлого года IDC опубликует в начале апреля. Сейчас же можно сказать, что дела у ИТ-компаний не так плохи: они сообщают о начале восстановления рынка.

Андрей Сыкулев, генеральный директор компании "Синимекс", говорит: "Мы ощущаем рост спроса по всем направлениям — это интеграционные решения, в том числе на базе открытого ПО, заказные разработки с использованием новейших технологий, внедрение систем управления предприятиями. Что радует, так это живой интерес со стороны заказчиков к новым технологиям — мы выполняем пилотные проекты с использованием распределенных реестров, баз данных in-memory, "машинного обучения". Интерес заказчиков к "пилотам", вкус к новому — это хороший знак: рынок постепенно приходит в себя. В 2016 году мы выросли на 13%, в этом году планируем вернуться к докризисным темпам роста в 20-25%".

Тагир Яппаров, председатель совета директоров ГК АйТи, сообщает, что бизнес группы интегрально вырос на 7-8%, а некоторые направления — больше. Автоматизация цифровых процессов — на 20-30%. Также у АйТи в разы растут направления корпоративной мобильности и "умных" городов. "Но рост идет пока от небольшой базы, ведь еще два-три года назад это были наши внутренние стартапы. На 2017 год мы смотрим куда более оптимистично и рассчитываем, что интегральный рост бизнеса группы составит 15-20% — все заделы для этого есть",— говорит господин Яппаров.

Владимир Грибов, вице-президент, исполнительный директор ЛАНИТ, сообщает, что оборот группы компаний ЛАНИТ в 2016 году вырос на 11,4% и составил 114,5 млрд руб. с НДС. Наибольшую динамику показали ИТ-услуги: аутсорсинг и техподдержка, интеграция, консалтинг. Стабильно растет разработка ПО. Как говорит вице-президент ЛАНИТ, это связано с тем, что стало больше сложных, комплексных проектов.

У "Астерос" финансовый год заканчивается 31 марта, поэтому не все итоги еще подведены. Юрий Бяков, президент, председатель правления группы "Астерос", говорит, что компания вернулась к двузначным темпам роста, хотя он не ожидал увеличения выручки в 2016 году, так как на этот год пришелся большой объем инвестирования в крупнейшие за последнее время проекты, которые как раз завершаются в 2017 году. "С наступившим годом мы связываем гораздо больше позитива, чему, надеемся, будут способствовать и внешние рыночные факторы, и наш внутренний заложенный в прошлом году проектный фундамент", — говорит господин Бяков.

По данным информбюро

Вендоры, специализирующиеся на бизнес-аналитике, сообщают, что 2016 год был неплохим для этого сегмента, в первую очередь за счет повышения интереса государства к инструментам анализа данных.

Ангелина Гуркина, директор по работе с госсектором и госкорпорациями компании "Teradata Россия", рассказывает: "Внимание к этой теме становится более предметным и сфокусированным на получении конкретного результата. Если раньше такие темы, как клиентские путешествия, вызывали вопросы у заказчиков, то сейчас у большинства уже сформировалось представление, каким образом развивать свой бизнес и повышать качество предоставляемых услуг. Значительное внимание сосредоточено на интернете вещей: наши клиенты стали более четко представлять возможности этого направления и определили для себя будущие точки роста". Госпожа Гуркина рассказывает, что многие заказчики ориентируются не на оживление рынка в краткосрочной перспективе, а на долгосрочную реальность, которая требует качественно новой модели работы и управления данными. Ключевые министерства и ведомства осознают, что качество оказания государственных услуг зависит от интеграции процессов межведомственного взаимодействия и доступности данных для решения конкретных проблем по обращениям граждан. А персонифицированные сервисы требуют совершенно иной модели управления и качества данных. Все это влияет на динамику развития рынка работы с большими данными и сервисов по управлению качеством данных.

Антон Заяц, директор по развитию бизнеса "SAS Россия/СНГ", также говорит, что для компании 2016 год был очень успешным в РФ и СНГ. Выручка выросла более чем на 40% при минимальном оттоке, причем как от продажи лицензий, так и от консалтинговых услуг. Компания запустила несколько знаковых проектов — с "Роснефью", "Ростелекомом", Сбербанком, ВТБ и другими крупными компаниями.

В 2017 году SAS в РФ и СНГ ожидает роста в традиционных для себя продуктовых сегментах: управление рисками, клиентская аналитика и цифровой маркетинг, борьба с мошенничеством и ПОД/ФТ (противодействие отмыванию денег и финансированию терроризма).

При этом основными потребителями решений SAS остаются банки и розничные сети. "Драйверами роста являются, с одной стороны, потребность бороться за каждого клиента на высококонкурентных рынках, при этом оптимизируя издержки, с другой стороны — новые требования регуляторов. В частности, в банковском секторе и в страховании — требования ЦБ и международные соглашения",— объясняет Антон Заяц. По его словам, также продолжает расти рынок решений для розницы и FMCG, идут проекты по оптимизации спроса и планированию ассортимента в крупнейших федеральных розничных сетях. Антон Заяц отмечает взрывной рост интереса к проектам, связанным с глубоким анализом данных (машинное обучение, нейронные сети, искусственный интеллект). Этой темой заинтересовались компании, работающие в здравоохранении, сельском хозяйстве, металлургии. Также SAS продолжает в этом году развивать облачный бизнес.

В поисках выручки

Облака — надежда многих компаний. Это направление пока приносит мало выручки, но при должном упорстве хорошо растет и обещает создать поток почти "пассивного" дохода, так как облачные сервисы малозатратны, просты в обслуживании и хорошо масштабируются. "Техносерв" называет облака одним из приоритетных для себя направлений наряду с "Безопасным городом", направлением сервиса и аутсорсинга, проектами в области Big Data & Machine Learning и информационной безопасности.

В своей платформе Technoserv.Cloud компания в нынешнем году создает три новые услуги: резервное копирование и база данных как сервис (DBaaS) и виртуальный дата-центр под 152-ФЗ (Закон "О Персональных данных). "Это будет наиболее защищенный сегмент нашего облака, созданный для размещения государственных информационных систем, попадающих под действие 152-ФЗ",— объясняет Сергей Корнеев, президент группы компаний "Техносерв".

Говоря об итогах прошлого года, он отмечает, что "низкие цены на нефть, покупательская способность рубля, действие секторальных санкций, усиление госконтроля, деофшоризация, высокая стоимость привлечения финансирования, отсутствие роста потребительского спроса и другие макроэкономические, законодательные и политические факторы в 2016 году сдерживали развитие ИТ-рынка и существенным образом повлияли на его структуру, заморозку проектов у заказчиков и результаты работы ИТ-компаний".


Фото: DPA/TASS


В бизнесе "Техносерва" наибольшую динамику в 2016 году показали три направления — работа с государственными ведомствами, финансовыми структурами и регионами. В первую очередь в регионах "Техносерву" сделали выручку проекты по АПК "Безопасный город", которые в большинстве случаев компания ведет совместно с государственным оператором "Ростелеком".

По словам господина Корнеева, обозначился тренд: у крупных заказчиков из всех отраслей востребованы сложные проекты, которые требуют глубокого погружения в бизнес-процессы, их анализа и преломления через функционал ИТ, а затем интеграции различных систем в единое целое. В качестве примера президент ГК "Техносерв" называет проект для ВТБ 24 по внедрению комплексной системы мониторинга бизнес-критичных приложений и ИТ-инфраструктуры.

Также в 2016 году компания заключила крупные контракты на услуги ИТ-аутсорсинга: с Федеральным казначейством на 900 млн руб. за год и с Государственной системой изготовления, оформления и контроля паспортно-визовых документов нового поколения ФМС России. Другие значимые проекты — федеральный контракт на техническую поддержку оборудования IBM и EMC со Сбербанком.

Существенно увеличили выручку "Техносерва" и проекты по строительству двух дата-центров — для "Аэрофлота" и для компании "Авантаж".

Юрий Бяков замечает, что в период шаткой экономической ситуации растет либо то, без чего бизнесу не обойтись, либо то, что помогает бизнесу экономить. К первой категории относятся критичные бизнес-сервисы, а также услуги, помогающие снижать стоимость владения ИТ-инфраструктурой. "Среди наиболее зрелых заказчиков ИТ-услуг мы видим спрос на управление данными как активом, системы архивирования, резервного хранения, аналитические службы, использование различных систем бизнес-коммуникаций и т. д. Компании среднего уровня зрелости реализуют отложенный спрос, то есть то, на чем пытались экономить последние годы, но уже дошли до отметки "критично", эти проекты в основном связаны с ERP, соответствующим ПО и оборудованием под него. Снижать стоимость владения инфраструктурой по-прежнему позволяет ИТ-аутсорсинг. Из других сегментов роста я бы назвал информационную безопасность, которая получила новый импульс развития в связи с санкционной политикой, киберпротивостоянием мировых держав, а также стремлением бизнеса защитить свои активы, особенно в кризис",— говорит Юрий Бяков.

В части ИТ-услуг и системной интеграции в классическом понимании компания делает ставку на системы управления данными, продукты для аналитики, управления сервисами. В телекоммуникациях "Астерос" фокусируется на продвижении систем телеприсутствия и развитии речевых технологий.

При этом основа выручки компании — направление инфраструктурного строительства, то есть проектирования и реализации "под ключ" объектов разного назначения: деловых центров, офисов, стадионов, отелей и др. "Ключевые проекты в этой области мы ведем в рамках подготовки страны к проведению чемпионата мира по футболу 2018 года, а также инфраструктурного строительства в "Москва-Сити" и инновационном городском квартале "ВТБ Арена Парк"",— рассказывает Юрий Бяков.

Инфраструктурные проекты кормят сейчас многие ИТ-компании. Тагир Яппаров же смотрит в другую сторону: "Чем дальше, тем больше рынком востребованы услуги по разработке ПО и программные продукты и тем меньше — традиционные бизнесы, связанные с ИТ-инфраструктурой. Востребованность ПО растет не только у нас: мир вступает в эпоху тотальной цифровой трансформации, когда к уже имеющимся пользователям добавляются миллиарды новых — это и пользователи мобильных устройств и "умные" устройства из мира интернета вещей. Поэтому несколько последних лет мы наблюдаем снижение доли решений в области ИТ-инфраструктуры в бизнесе группы, которое, впрочем, быстро замещается ростом наших направлений, связанных с ПО и сервисом. Еще в 2015 году мы стали фактически софтверно-сервисной компанией: доля бизнеса по разработке ПО и услуг, с ней связанных, превысила 50% от выручки АйТи. В 2016 году мы укрепили это позиционирование".

Осторожный оптимизм

Почти все компании надеются на рост в нынешнем году. Сергей Корнеев из "Техносерва" ожидает, что рынок вырастет на несколько процентов. В первую очередь, по его мнению, это произойдет за счет заказчиков, деятельность которых в значительной степени строится с применением ИТ,— это госсектор, банки и ритейл. "Ключевыми направлениями роста станут проекты по информационной безопасности, сервис и аутсорсинг, включая облачные услуги, а также услуги разработки прикладного программного обеспечения. Применение большинства этих услуг и сервисов позволяет заказчикам избежать длинных инвестиций. Кроме того, на рост ИТ-рынка влияет появление новых трендов, таких как мобильность и диджитализация, которые требуют от заказчиков внедрения новых информационных систем",— объясняет он.

Антон Заяц добавляет: "Если говорить о рынке в целом, то выражение "осторожный оптимизм" вполне справедливо. Заказчикам нужны различные технологические решения и нужна автоматизация, но они хотят сделать все с максимально предсказуемым и высоким результатом и как можно дешевле. Agile-подход, рост в сегменте облачных технологий, уберизация — это следствия вышеупомянутых потребностей".

Тагир Яппаров говорит, что, безусловно, на 2017 год планы компаний более оптимистичные, чем были в предыдущие два-три года: "Мы часть экономики, и когда экономика в кризисе, то ИТ-рынок тоже не растет. С выходом экономики на траекторию роста, стабилизацией обменного курса рубля и снижением темпов инфляции мы тоже рассчитываем на переход ИТ-рынка к росту. В то же время сегодня никто не ждет темпов роста ИТ-рынка на 20-25% в год, как десять лет назад. Однако рост на 7-9% в среднем по рынку вполне возможен".

Юрий Бяков уверен, что причины для осторожного оптимизма есть: "Во-первых, последние годы научили большинство ИТ-игроков не только жить, но и зарабатывать в кризис. Несмотря на постоянно растущую конкуренцию, слабую экономическую прогнозируемость, риски неплатежей, всеобщее снижение расходов на ИТ — несмотря ни на что, ключевые для страны инфраструктурные проекты, в частности связанные с ЧМ-2018, идут, наметилось осторожное возвращение к инвестиционным проектам, постепенно оттаивает то, что было заморожено,— модернизация и переход на новые ИТ-системы.

Во-вторых, в вопросе импортозамещения за прошлый год произошел переход от панических настроений к практической плоскости. OEM, партнерские альянсы, перевод производственных мощностей в Россию, наполнение Реестра отечественного ПО. Первые конструктивные шаги сделаны — вектор импортозамещения теперь направлен на 2017 год. В-третьих, планомерная перестройка сознания по отношению к облачным услугам дает свои плоды: все чаще в противостоянии "облака против собственной инфраструктуры" победа за первыми. Бизнес учится доверять поставщикам ИТ-сервисов, и, полагаю, именно этот сегмент будет стабильно расти".

Светлана Медведева, директор, руководитель IT-консалтинга PwC в России, говорит, что ИТ-рынок оживает: "В этом году российские компании снова начали крупные проекты по внедрению информационных систем, производится модернизация ЦОДов и ИТ-оборудования, идет движение и в сторону цифровых услуг". Крупные заказчики значительно увеличили финансирование ИТ по сравнению с прошлым годом, в то же время сократились затраты на внешний ИТ-консалтинг. Многие компании разморозили ряд проектов, но предпочитают их реализовывать собственными силами".

Так или иначе, ИТ-компании, с одной стороны, делают осторожные позитивные прогнозы, с другой — готовятся к разным сценариям развития событий. ИТ-рынок, как, впрочем, и все другие, сильно зависит от политического дискурса и международных отношений. Пока не ясно, насколько победа Дональда Трампа в выборах на должность президента США сработает на руку российской экономике. Если надежды оправдаются, то нацвалюта укрепится, снизится вероятность резких колебаний курса. Это значит, что движение к экономическому росту станет более убедительным и бизнес начнет выделять бюджеты в том числе на эксперименты с модными технологиями вслед за коллегами из развитых стран.

Как отмечает PwC в своем глобальном исследовании Digital IQ 2017, сегодня 73% опрошенных компаний делают инвестиции в интернет вещей, искусственный интеллект (54%), робототехнику, трехмерную печать и дополненную реальность (от 15-10%). В следующие три года инвестиции в эти направления увеличатся на 15-20%. Также не останутся без внимания виртуальная реальность, дроны и блокчейн: ожидается увеличение инвестиций на 10%.

Обычно российские заказчики отстают от западных на три года. Так что можно ждать в 2020 году нашествия дронов и прочих "поумневших" вещей. Но проекты по внедрению этих технологий совершенно точно уже никогда не будут проходить по схеме "потратим деньги, может, что-то из этого и выйдет". Каждый проект теперь всегда должен обосновываться с точки зрения того, какую финансовую выгоду он может дать бизнесу. Игры кончились — больше ничего личного, только бизнес.

Светлана Рагимова
 

Источник: Коммерсант-Информационные технологии

Ъ: «Игра на публику»

30.03.2017
Комментарии Андрея Сыкулева, Генерального директора компании «Синимекс» в обзоре «Коммерсант - Информационные технологии». 

Российские ИТ-компании созрели для выхода на IPO. На Московской бирже видят, что для этого открылось окно возможностей. В конце 2017 года в России может быть проведено одно-два публичных размещения акций.

Звезды сошлись

В ноябре прошлого года по решению Координационного совета рынка инноваций и инвестиций Московской биржи была создана рабочая группа по развитию публичного рынка ценных бумаг компаний российской ИТ-индустрии. Цель — содействие формированию на площадке публичного рынка ценных бумаг отечественных ИТ-компаний.

Московская биржа уделяет много внимания работе с ИТ-компаниями. Еще в 2009 году вместе с институтами развития ("Роснано", РВК и другие) была создана площадка "Рынок инноваций и инвестиций" (РИИ) для вывода российских инновационных компаний на биржевой публичный рынок. Сейчас там торгуются бумаги 29 компаний, среди которых "Наука-Связь", Qiwi и другие. Вскоре этот список может пополниться несколькими новыми бумагами.

Геннадий Марголит, исполнительный директор по РИИ Московской биржи, говорит, что за последнее время на рынке ценных бумаг произошли значительные сдвиги: "После затянувшейся паузы на российский публичный рынок начали выходить российские компании: с начала года прошло три размещения. Обозначился тренд: различные акции активно покупают иностранные инвесторы. Можно сказать, что сейчас начинает приоткрываться окно возможностей. На руку желающим выйти на IPO играет макроэкономическая стабильность (снижается инфляция, наметились перспективы экономического роста), международная ситуация понемногу начинает проясняться. Все это влияет на настроения инвесторов, геополитика уже не является стоп-фактором".

Как объясняет Геннадий Марголит, чтобы компании выходили на IPO, нужно сочетание определенных факторов. Первый — макроэкономическая стабильность, второй — чтобы на рынке присутствовали все группы инвесторов, включая институциональных. Российскому рынку долгое время недоставало как раз институциональных инвесторов, так называемых длинных денег. "Но сейчас ситуация кардинально меняется. Я имею в виду прежде всего пенсионные деньги, основной источник длинных денег в любой стране,— говорит исполнительный директор по РИИ.— Благодаря усилиям Центробанка НПФы начали трансформироваться в рыночные институты и вести себя соответственно: теперь они смотрят на интересные и потенциально высокодоходные активы".

Сейчас в Минюсте находится документ, уже утвержденный Банком России, который дает НПФам возможность вкладывать свои накопления в высокотехнологичные компании — именно те, которые будут выходить на рынок инноваций и инвестиций в сегмент ценных бумаг РИИ Prime. Это тот самый сегмент, который нацелен на технологические компании. Конечно, тут есть и ограничения: можно будет инвестировать не более 5% портфеля, но это уже не так важно. "Это очень важный фактор: если есть якорные инвесторы, к ним добавятся и частный инвестор, и иностранцы. В России деньги есть, в силу снижения ставок на депозитах люди начинают смотреть на фондовый рынок с интересом",— объясняет Геннадий Марголит.

Таким образом, все составляющие сейчас есть. Это значит, что можно выводить активы на рынок. Если раньше у компаний была альтернатива — выходить на западные площадки, то сейчас такой возможности, по сути, нет. Дело в том, что российская компания если и пойдет на западную биржу, будет по умолчанию иметь российский дисконт, а издержки существенно выше. Инфраструктура в РФ уже достаточно развита и позволяет заходить на наш рынок разным инвесторам, в том числе иностранным. Функционирует Центральный депозитарий, система исполнения сделок соответствует международным стандартам.

"Инвестору теперь не важно, на какой бирже покупать актив. Так что компаниям нет смысла листинговаться на зарубежных площадках, чтобы достучаться до всех категорий иностранных инвесторов. У нас и затраты гораздо ниже, и родная экосистема, и локальные инвесторы. Статистика сделок подтверждает этот факт: если раньше было много размещений российских компаний за рубежом, прежде всего на Лондонской бирже, потом был популярен двойной листинг — размещение на двух площадках одновременно, то сейчас компании предпочитают делать это исключительно внутри страны",— рассказывает Геннадий Марголит.

Итак, внешние условия для IPO высокотехнологичных компаний сложились. Как насчет внутренних? Насколько сами компании готовы к этому?

Валентин Макаров, президент "Руссофт", считает, что потенциальные кандидаты созрели для публичного размещения акций: "Ситуация так складывается, что российские ИТ-компании подошли к необходимости выхода на IPO. Во-первых, российский рынок ИТ так или иначе начинает поворачиваться к импортозамещению. Этот тренд потребует существенной доработки отечественного ПО как в части его перевода на российские аппаратные решения, так и в части доведения до уровня конкурентоспособности с зарубежными аналогами. И второе: многие ИТ-компании доросли до того уровня, когда они не могут органично развиваться в условиях ограниченного объема внутреннего рынка. Выход на внешний рынок связан с крупными инвестициями в маркетинг и систему продаж. Без внешних инвестиций это сделать очень трудно. Сейчас проблема решается выводом IPR (Intellectual Property Rights — права на интеллектуальную собственность) с территории России. В интересах и бизнеса, и государства — создать условия для того, чтобы ИТ-компании могли найти в России и средства для развития, и возможности адекватной защиты своих прав по всему миру из России".

Тагир Яппаров, председатель совета директоров ГК АйТи, поддерживает это мнение: "Российский рынок мал в глобальном масштабе — менее 1% от мирового. Дохода от операций на "домашнем" рынке просто не хватает на выход и развитие за рубежом".

По словам Геннадия Марголита, у ИТ-компаний растет понимание важности публичной капитализации не только потому, что это хороший способ получить деньги по максимальной оценке от широкого круга инвесторов. Публичной компании гораздо легче привлекать заемное финансирование, то есть деньги ей обходятся дешевле плюс есть ликвидный залог в виде акций, она может обращаться к финансовому рынку с вторичными размещениями.

Есть еще мотив, который важен для ИТ-компаний и других инновационных компаний. Это опционы менеджменту и ключевым сотрудникам. Главный актив ИТ-компаний — это люди, мозги. Удержать людей только зарплатой сложно. Опцион — распространенный способ мотивации: он превращает сотрудников в совладельцев.

Не менее важно, что публичная компания может проще осуществлять сделки по слиянию и поглощению. Даже не тратя на это капитал, а обмениваясь акциями. ИТ-компании часто делают приобретения, чтобы развиваться быстро. Новые технологии, которые могут стать "могильщиками" сегодняшних лидеров, появляются в стартапах, поэтому приобретение стартапов сегодня вопрос выживания для технологических корпораций. Также публичные компании могут выделять проекты в дочерние spin-off предприятия, мотивируя ключевых сотрудников опционами. Эти же отпочковавшиеся стартапы могут в будущем выйти на IPO.

"Есть и личный момент — взросление основателей ИТ-компаний. Это люди, которые начинали 20-25 лет назад и сейчас уже хотят получить материальные результаты своей деятельности",— добавляет Геннадий Марголит.

Еще один фактор — необходимость экзитов. Государство много средств вложило в развитие венчурной индустрии в РФ, в создание экосистемы для выращивания стартапов с самых ранних стадий. Но эффективность этой работы трудно оценить без прямого возврата средств на вложенные деньги. Сейчас наступило время для выхода инвесторов в целом ряде проектов, которые были профинансированы фондами с госучастием и частными инвестфондами. "Инвесторам нужно показывать результаты, а с выходами через продажу стратегам в РФ есть сложности — стартапы некому продавать. Крупные корпорации не готовы к таким сделкам, в том числе в силу своего непубличного статуса. Самый эффективный путь выхода инвестора в таких условиях — это IPO. Это также и более выгодный способ, так как биржевой коэффициент оценки капитализации обычно выше: здесь действует "наценка" за публичность и ликвидность. Для госфондов такой вариант "выхода" еще и наиболее прозрачный — биржевую оценку проекта примет любой проверяющий, так как она максимально объективна",— объясняет исполнительный директор по РИИ Московской биржи.

По словам Тагира Яппарова, практика публичных размещений поможет достроить российскую инновационную экосистему. Вышедшие на биржу компании могут стать теми самыми стратегами, которые могут поглощать стартапы.

Также он добавляет, что российская ИТ-индустрия остается последней из ключевых отраслей экономики, которая пока не имеет успешных прецедентов в части капитализации: "Отсутствие капитализированных лидеров отрасли, на мой взгляд, сегодня является одним из основных тормозов дальнейшего развития ИТ-индустрии". По его словам, капитализация позволит компаниям ИТ-рынка преодолеть ограничения органического роста. "До начала 2010-х рынок ИТ развивался в России темпами в 25-30% ежегодно. Поэтому R&D, экспансию, приобретения компании финансировали из собственных средств. Сегодня при прогнозируемых средних темпах роста рынка менее 10% для развития требуется капитал",— объясняет Тагир Яппаров.

Равнение на софт

Какие компании могут надеяться на успешное публичное размещение? Рустем Терегулов, партнер, руководитель практики PwC по сопровождению сделок на рынках капитала, говорит, что в первую очередь это те, у которых есть не только интересная идея, но и подтвержденная история генерации выручки и денежного потока, один или несколько раундов инвестиций от известных или секторальных фондов, убедительная история будущего роста (например, размер потенциального рынка плюс возможности и пути масштабирования, барьеры для входа конкурентов и т. д.). "IPO — это довольно непростой и недешевый путь привлечения капитала или частичного выхода, особенно для относительно небольшого бизнеса. Ведь это же не только и не столько процесс листинга: для успеха важным этапом является заблаговременная подготовка. Необходима трансформация бизнеса из частного в компанию, готовую функционировать как публичная к моменту начала самого процесса IPO. Для небольших компаний, возможно, проще найти стратегического покупателя из более крупных российских или глобальных игроков на ИТ-рынке. Чем крупнее бизнес, тем более интересным он будет для потенциальных публичных инвесторов, которым важен размер IPO, обеспечивающий ликвидность акций".

Далеко не все компании ИТ-рынка готовы к таким действиям. Некоторые в принципе не верят в IPO в России.

Алексей Ананьев, председатель совета директоров ГК "Техносерв", утверждает: "Тема IPO для российского ИТ-рынка сегодня абсолютно неактуальна. Те, кто мог это сделать, уже сделали. Новых игроков, отвечающих критериям публичных компаний, у нас нет и в ближайшее время не предвидится. Вместе с тем появляется достаточное количество небольших игроков, обладающих неплохими нишевыми продуктами или привлекательными для рынка компетенциями, которые вполне могут представлять интерес для частных инвестиций".

Андрей Сыкулев, генеральный директор компании "Синимекс", не рассматривает преобразование успешной ИТ-компании в публичную как обязательный шаг в ее развитии: "Да, существует определенная модель, когда ИТ-стартап должен дорасти до открытого размещения акций (продажи), которое в случае удачи дает возможность "заработать" и основателям, и венчурным инвесторам. Но для большинства успешно работающих частных ИТ-компаний IPO не имеет смысла. Если у компании нет долгов и она приносит прибыль, то в общем-то у нее нет никакого интереса размещать акции на бирже. Кроме того, IPO налагает на компанию существенные дополнительные обязанности. У нас даже банки далеко не все являются публичными".

Георгий Генс, президент группы компаний ЛАНИТ, также настроен скептически: "Если говорить о зарубежных площадках, то компании, которые работают на территории России, скорее всего, там сейчас неинтересны. IPO сейчас, возможно, будут проводить компании "с российскими корнями", но работающие на международных рынках и, по сути, уже не являющиеся российскими. Думаю, если бы "Яндекс" проводил IPO на Западе в сегодняшних условиях, с учетом санкций и политической ситуации вокруг России, такого успеха не было бы. А для проведения IPO в России рынок, на мой взгляд, развит недостаточно".

Владимир Миронов, старший вице-президент группы компаний "Астерос", поддерживает это мнение: "С учетом современной политико-экономической конъюнктуры сейчас явно не лучшее время для выхода на IPO. Во-первых, для успешного изменения статуса организации на публичный необходимы стабильные источники роста бизнеса. А российские ИТ-компании, и системные интеграторы в том числе, последние годы вынуждены работать на падающем локальном рынке. Во-вторых, вряд ли наберется хотя бы десяток отечественных ИТ-игроков, которые соответствовали бы комплексу требований, предъявляемых к кандидатам (определенная структура управления, финансовая прозрачность, понятные стратегии развития и т. д.). Не стоит забывать и об обязательных расходах при подготовке и проведении IPO: бюджет на услуги андеррайтеров, аудиторов, проведение рекламных кампаний, роуд-шоу и другие траты могут вылиться в суммы, которые исчисляются миллионами. Не думаю, что нынешнее положение большинства игроков ИТ-рынка предполагает свободное выделение подобных средств. Более реальным вариантом выхода российских ИТ-компаний на IPO, на мой взгляд, могла бы быть консолидация нескольких предприятий, объединение их опыта и знаний для привлечения финансов на развитие. Ну и, конечно, появление крупных профессиональных инвесторов, банков, фондов, которые бы вкладывали в развитие отечественной ИТ-отрасли, могло бы стать для российских ИТ-компаний шагом на пути к опубличиванию".

Борис Бобровников, генеральный директор компании КРОК, менее категоричен: "ИТ-рынок всегда был динамичным, особенно сейчас. Ситуация быстро меняется, постоянно появляются новые технологии, которые могут менять структуру рынка, расстановку сил, позиции игроков. Поэтому владельцы и первые лица ИТ-компаний обычно не стремятся к публичности, ведь она тормозит принятие решений. Другое дело, что инициатива создания при Московской бирже рабочей группы по вопросам IPO даст многим ИТ-компаниям возможность попробовать свои силы в привлечении дополнительных денег с рынка".

Другие представители отрасли вместе с Московской биржей настроены позитивно и ждут IPO не позднее первой половины следующего года. "Поскольку подготовка к сделке занимает не меньше полугода, раньше осени мы вряд ли увидим размещения. Но уверен, что если не в конце этого года, то весной следующего будут выходы на IPO лучших российских ИТ-компаний. Хорошее время для IPO — май, июнь, первые месяцы после сдачи отчетности. Мне сложно оценить, насколько это серьезно, но уже есть компании, которые готовятся, проводят аудит, общаются с инвестбанками и так далее. Так что, может быть, все произойдет гораздо быстрее, но прогнозировать сложно",— говорит Геннадий Марголит. По его мнению, кандидатов на IPO в России наберется семь-девять.

Тагир Яппаров с ним солидарен: "Думаю, что в этом году может быть не более одного-двух размещений. Задача выхода на биржу требует длительной подготовки. Тем более существуют и определенные требования к оценке капитализации компании, которых еще надо достичь. Мое мнение: в 2017-2018 годах речь может идти о выходе на биржу пяти-шести компаний". По словам господина Яппарова, наиболее близки к публичному размещению те компании, для которых российский рынок является приоритетным: "Создание российского сегмента публичных ИТ-компаний, на мой взгляд, приоритетная задача российских разработчиков программных продуктов и ИТ-сервисных компаний. Это компании с высокой долей добавленной стоимости в бизнесе, имеющие свои продукты и технологии, работающие на устойчиво растущем пуле крупных российских заказчиков".

Борис Бобровников предполагает, что ближе всего к публичному размещению окажутся крупнейшие игроки ИТ-рынка, в портфеле услуг которых есть разработка ПО: "Высокое качество работы российских ИТ-специалистов и их конкурентный уровень ставок дадут таким компаниям все шансы удачно провести первичное размещение акций".

Но это точно не могут быть стартапы. Геннадий Марголит полагает, что для таких компаний российский публичный рынок пока по-прежнему недружелюбен. "У нас нет достаточного количества нишевых инвесторов, которые способны адекватно оценить молодую технологическую компанию. Если говорить о классическом размещении, которое происходит прежде всего за счет местных инвесторов, то они все еще подозрительно относятся ко всем проектам с печатью венчурности. Пока у компании нет устойчивого денежного потока, я не могу рекомендовать ей выходить на IPO,— говорит он.— Хотя мы знаем, что на Западе (например, на NASDAQ) это возможно: даже компании совсем ранних стадий выходят на биржу и вполне успешно. Российский рынок тоже движется в эту сторону, постепенно ситуация меняется, и когда-нибудь у нас стартапы смогут получать достойную оценку на бирже, но на это нужно время". Он не исключает того, что стартапы получат шанс в следующую волну размещений, когда инвесторы почувствуют вкус к технологическим компаниям и появится аналитика, в том числе независимая, по специфическим инновационным отраслям и компаниям.

Сам господин Яппаров также нацелен на публичное размещение — видимо, по этой причине он вошел в состав рабочей группы при Московской бирже. Тагир Яппаров объясняет: "Главная мотивация моя и моего партнера — создание компании, которая имеет стоимость, которая будет успешно функционировать, даже если мы будем уделять меньше времени непосредственному участию в управлении бизнесом. Безусловно, наличие капитала позволит нам реализовать многие из глобальных планов, которые сегодня просто нереализуемы: глобальная экспансия, рост за счет слияний и поглощений и проч. Мы ориентируемся на выход на биржу года через два, пока же ведем сложную и масштабную работу по структурированию бизнеса, работаем с потенциальными инвесторами и консультантами".

Светлана Рагимова

Источник: Коммерсант-Информационные технологии

ИТ-практики об итогах и перспективах

03.03.2017
Комментарии Ильи Фридмана, директора по развитию бизнеса компании «Синимекс», журналу PC Magazine

Илья Фридман, директор по развитию бизнеса компании «Синимекс», отвечает на вопросы журнала PC Magazine:

Наиболее важные, с вашей точки зрения, ИТ-тенденции и события 2017 г. в мире и России?

В традиционном для нашей компании секторе банковских (финансовых) ИТ в числе основных тенденций 2016-2017 гг. можно выделить растущий спрос со стороны заказчиков на решения на базе opensource продуктов и высокий интерес мирового профессионального сообщества к технологии Blockchain. Можно ожидать, что в наступившем 2017 году эти тенденции сохранятся, усилятся и приведут к появлению новых интересных для рынка проектов с их применением.

Продолжится «битва» между проприетарным и opensource ПО, ввиду стремительного развития последнего и смещения приоритетности при выборе продуктов в сторону возможностей быстрого запуска проекта и ввода решений «в бой», а также скорости внесения изменений. Стоимость решений и пресловутое ТСО уже не являются основными критериями выбора, на первый план выходят гораздо более значимые параметры: качество, скорость разработки и внедрения, возможность быстро вносить изменения в платформу и др.

В связи с этим фактором следует ожидать развития технологий и подходов, призванных улучшить «time to market», в частности таких, как микросервисы, средства по управлению контейнерами, программное и методологическое развитие DevOps и др.

Основные итоги года для вашей компании? Достижения, новые проекты, новые продукты, новые клиенты, продукты-бестселлеры? Какие продукты или проекты вы бы назвали для себя «прорывом» и почему?

Прошедший год был для нашей компании удачным, мы не только упрочили свои позиции в традиционных для нас направлениях и сегментах рынка, но и запустили ряд крупных проектов для новых клиентов из промышленного и нефтегазового сектора, о которых пока рано говорить подробнее.

В первую очередь, мы продолжили сотрудничество со всеми давними партнерами и заказчиками по направлениям заказной разработки, внедрения и развития интеграционных решений и систем на базе BPM-платформ. Несколько значимых проектов были выполнены (и находятся в стадии реализации) нами на базе продуктов opensource известного мирового поставщика ПО Red Hat, в частности для НПФ «Благосостояние», Объединенного Кредитного Бюро и одной из крупнейших российских страховых компаний.

Отдельно хотелось бы отметить участие нашей компании в проекте разработки прототипа мастерчейна под эгидой ЦБ РФ и блокчейн-консорциума российских баков. Мы получили отличную экспертизу в области абсолютно новой для нас и перспективной технологии.

Рост бизнеса и числа заказчиков по итогам 2016 г. в сочетании с новыми крупными контрактами на проекты в 2017-2018 гг. позволяют нам с уверенностью констатировать, что к своему 20-летию в июне текущего года компания «Синимекс» подходит с положительными финансовыми итогами и оптимистичными прогнозами и перспективами на дальнейшее развитие бизнеса.

Ваши прогнозы развития индустрии на 2017 г.? Что изменится в ИТ, какие моды утихнут, какие тенденции разовьются?

Несмотря на тенденцию активного развития клиентами из финансового сектора внутренней экспертизы, мы ожидаем роста рынка ИТ-услуг и появления новых интересных программных продуктов, в том числе отечественной разработки.

Одним из самых интересных и перспективных направлений дальнейшего развития ИТ-индустрии мне видится machine learning. Пласт задач, с которыми может справиться машинное обучение, по-настоящему огромен. Думаю, что развитие этой технологий может и должно принести существенную пользу, и в первую очередь бизнесу.

Источник: PC Magazine